Термокружки

Феномен мертвого телесезона

09.08.2006

Телевидение по-своему реагирует на летний период. По всем каналам – мертвый сезон

Это совсем не тот особый период, когда ничего не происходит. Это период, когда у телевидения нет сил и желания с полной самоотдачей проживать происходящее. Когда человеческие возможности эмоционального реагирования исчерпаны и нуждаются во временном отключении. Хотя ужасная жизнь мирового сообщества идет своим чередом.

Ноги вместо политики

Зимой, весной и осенью все ведущие новостных выпусков ощущают некий энергетический подъем при наличии экстраординарных событий, будь то падение самолетов, обострение ливано-израильского конфликта, политические перипетии в Грузии или на Украине. А летом лица ведущих, вынужденных сообщать о весьма серьезных и даже катастрофических событиях, приобретают какой-то мучительно постный вид. Словно они переживают не столько само происходящее, сколько неуместность драматизма большой политики в период отпусков. Этим летом безрадостная озабоченность чуть сильнее и явственнее. Как будто только сейчас до работников ТВ всерьез дошло то, что не они распоряжаются Временем. И что у истории – своя «сетка» общественно-политических процессов, необратимых и непрерывных. Оттого и некоторый рост наигранного благодушия и веселости в менее серьезных и драматичных сюжетах новостей. Вроде как надо радоваться. А радоваться не получается, потому что очевидно, насколько в современном мире все происходит не вовремя, то есть без перерывов на каникулы. Значит, мир так и остается неуправляемым…

Беспокоиться о таком мире – никаких душевных сил не хватит. Поэтому в качестве необходимого противовеса и психологической компенсации возрастает жажда заботы о себе как о живой и смертной физической оболочке. Надо успеть стать лучше, пока это видно, пока не влез в куртку, шубу, джинсы и сапоги.

Прошлые летние сезоны отличались патологическим засилием рекламы пива всех цветов, сортов и стран-производителей. Этот сезон умерил жажду легких горячительных напитков и, кажется, переключился на проблемы внешности и здоровья. А всякое резкое переключение грозит в телеиндустрии зацикливанием. Если понажимать кнопки пульта в середине дня, можно долго перескакивать с рекламы отбеливающей зубной пасты на рекламу антицеллюлитных массажеров, с программы о возможностях современной косметологии на программу о борьбе с избыточным весом, с сюжета о новых типах тренажеров на сюжет о замечательных клиниках стоматологического или гинекологического профиля.

Но лидерство принадлежит, пожалуй, разнообразным средствам для депиляции. И вот уже кажется кошмарным сном бесконечное «тестирующее» осязание в рекламных кадрах. Гладкую поверхность кожи икр поглаживают ухоженные ручки счастливых обладательниц. По загорелой правой ножке плавно скользит шелковый платочек. Да, не повезло левой ножке, обработанной чем-то старомодным и неэффективным. Ноги готовы оторваться от тела и воспарить к небесам от резко возросшей самооценки, дарованной им телерекламой XXI века.

Как всегда запаздывая на несколько лет, мы наконец нагнали Запад и вступили в эру маниакального увлечения рукотворной красотой, достигаемой уже не только в косметических салонах, соляриях и фитнес-клубах, но на операционных столах, в процессе косметологических манипуляций с помощью новейшей техники. Телевидение отражает очередной прилив человеческой веры в преодоление возраста и природного несовершенства. И телевидение же создает новый миф о человеческой индивидуальности как Индивидуальности Тела, продаваемой и получаемой по эксклюзивным заказам.

Искусство без комплексов

На фоне политической журналистской апатии роль центра автоматически переходит к программам об искусстве. Опять же – не потому, что на лето приберегли какие-то особо выдающиеся передачи, и не потому, что их сейчас больше, чем обычно. Просто они более заметны. И у этих программ на летний период как бы исчезает комплекс заведомой второстепенности перед лицом общественно-политического вещания.

И тогда цикл «Телетеатр. Классика» («Культура») воспринимается с особой ностальгической страстью. Поскольку высвобождаются силы признать, что за советские годы существования феномена телетеатра была создана подлинная классика этого вида искусства, которой можно гордиться не меньше, чем шедеврами театра и кино в чистом виде. С недежурным энтузиазмом телевидение отмечает юбилеи Веры Марецкой и Николая Бурляева. Ставят в сетку «Культуры» давно не шедший хит своей эпохи – спектакль «Странная миссис Сэвидж», высокое слово о псевдосумасшедших, произнесенное нашим искусством с помощью зарубежной жанровой драматургии, как всегда достаточно аполитичной и мирной. Но косвенно в этой постановке выражался отечественной гуманистический протест против использования психиатрических клиник в борьбе с инакомыслием. Хотя с миссис Сэвидж боролось не государство, а всего-навсего ее порочные родственники. В сетку Первого канала попало даже «Иваново детство», никак не вписывающееся в идеологию летней беззаботности и расслабленности.

Сейчас наше телевидение с простодушной невзначайностью роняет в аудиторию шедевры. В отличие от прочих времен года, при этом не слышится привкуса рациональных уступок – вроде «ну, вечером в пятницу надо чего-нибудь поставить поприличнее…» или «ладно, пускай почувствуют, что сегодня воскресная ночь». В воскресенье в прайм-тайм может идти «Васса» Глеба Панфилова («Культура»), настраивающая на предельно невеселый, почти трагический разговор о судьбах дореволюционного капитализма и его магнатов в России. А «Фотоувеличение» Антониони запускается хотя и поздновато, но в четверг по РТР, параллельно с «Энни Холл» по НТВ – оба фильма, в особенности шедевр Антониони, не частые гости наших каналов.

Вообще пока лето не кончилось и художественных картин в сетке объективно много, вдруг видишь, что весь кинематограф теперь делится на кино XX века и кино XXI века. И Антониони с Вуди Алленом, весьма далекие друг от друга по эстетике и мироощущению, вдруг начинают восприниматься как фигуры во многом родственные. Их объединяет не только ушедшая эпоха, но и целое столетие, первое для истории кинематографа и фактически чужое для новых поколений зрителей.

Предел подобным не самым актуальным размышлениям положит, видимо, обновленное вещание канала «ТВЦ». Оно начнется ровно в середине августа, возвещая финал мертвого сезона. В данный же момент с особым напряжением думается о том, чем новый логотип канала лучше предыдущего. И лучше ли он на самом деле. От символики канала зависит не только его имидж, но и самоощущение. С последним у ТВЦ всегда были проблемы. И на данный момент они не исчезли, а скорее усугубились.


ДОБАВИТЬ комментарий
Вы не авторизованы. При отправке сообщения, в качестве автора будет указан "Гость". Вход | Регистрация
Защита от спама * :

Введите символы на картинке