Многостаночник

18.08.2005

Основная составляющая крошечного холдинга Вадима Иванова – интеллект. Интервью с основателем «РИП Холдинга»

Если бы не перестройка, Вадим Иванов работал бы в ЦК ВЛКСМ или сделал бы карьеру в науке. В рекламный бизнес его занесло случайно, и по характеру он не художник, а директор, управленец. Для этого у него есть два основных качества: осторожность и авторитарность, не переходящая, однако, в откровенный диктат. Коллеги называют Иванова «жадным», а его такое определение вполне устраивает: возможно, именно благодаря своей расчетливости он создал один из самых сбалансированных холдингов, стабильно развивающийся уже 10 лет подряд.

 

«РИП Холдинг» находится в самом центре Москвы, однако самостоятельно, без подсказок, его не найти. В лучших конспиративных традициях Иванов расположился в полуподвальном помещении, и вовсе не потому, что не может себе позволить чего-то более презентабельного. Это сознательный выбор, такой же, как неучастие в тендерах и выставках и отсутствие зависти по отношению к конкурентам. В ходе беседы мы выкурили три пачки сигарет, и выпили много кофе без сахара. Для этого не нужно было выходить в коридор или вызывать секретаршу - Иванов предпочитает называть свой холдинг «конторой», не стремится к публичности и игнорирует все законы рекламного жанра, по которым, казалось бы, должен работать и общаться. Зато у него есть любимое выражение, оставшееся с середины 1990-х годов,- «реально». Что есть реально в «РИП Холдинге», Иванов рассказывает очень продуманно, взвешивая каждое слово, и если даже чего-то не договаривает, сомневаться в том, что сказанное - правда, не приходится.

 

Попасть в точку

 

- Учился я в МИРЭА, работал в НИИ, разрабатывал ракетные комплексы. Все это пришлось на начало 1990-х, и институт я бросил. Мы с друзьями открыли оптовый кооператив по торговле всем подряд. Конечно, никто тогда не понимал, как и что нужно делать, хотели только денег, быстро и много. Закончилось все плохо: пришли бандиты. Но нам повезло, мы выжили, выкрутились. Потом, уже в 1992 году, я попал в знаменитую компанию «Росинтер».

 

- Кто вас туда привел?

 

- Знакомые. Настоящую школу бизнеса я получил именно там, проработав три года в очень сильной команде. Все что я знаю про бизнес - оттуда.

 

- А почему вы ушли?

 

- Так сложились личные обстоятельства. Опять же вместе с друзьями мы попали в рекламный бизнес, про который я до этого ничего не знал. Занимались размещением рекламы в прессе, разрабатывали дизайн-макеты, короче, ни от чего не отказывались. Но никакой структуры не образовалось, все это было несерьезно. Осознав, что так жить нельзя, я создал «РИП-холдинг». В настоящее время у компании два совладельца.

 

- В чем была ваша идея?

 

- Тогда, в 1996 году, никто не выпускал книг российских авторов по рекламе. Я как раз этим и занялся, а стартовый капитал составлял долларов 500, если не меньше. Путем очень сложных завязок мы сидели на журфаке МГУ: я и еще двое моих сотрудников, которым я платил зарплату.

 

- Какую первую книгу вы издали, помните?

 

- «Слоган? Слоган! Слоган» Володи Кеворкова. С этого все и началось - я издавал книги, сам учился на них и расширял бизнес на практике. В этом году выпустим юбилейный, 500-тысячный экземпляр серии «Академия рекламы».

 

- Даже для 1996 года 500 долларов - смешная сумма. Каким тиражом вы запустились?

 

- У меня еще с тех времен очень хитрая система: револьверные тиражи по 1000 экземпляров. Если спроса нет, все останавливается.

 

- А авторам вы платили?

 

- В основном копейки. Когда я начинал, все было довольно-таки просто, никто практически не издавался, но всем жутко хотелось славы. По большому счету так происходит и сейчас. Ощутимые серьезные деньги на книгах и учебниках никто заработать не может. Кроме того, есть дефицит специалистов: на 100–150 доморощенных гуру от бизнеса приходится один стоящий автор.

 

- Тем более тогда за этого одного умника должны бороться все издатели. У вас были конкуренты?

 

- На тот момент я был единственным, кто выбрал узкую специализацию - только реклама, маркетинг и PR. Потом к такому же профилю пришла «Гелла», «Международный институт рекламы», издательский дом Гребенникова. Так что сейчас специализированные издательства есть. Но авторы бегают всегда и отовсюду, мы не можем запретить искать счастья на стороне, и относимся к этому процессу очень спокойно.

 

Из издательства - в агентство

 

- Ваше рекламное агентство выросло на основе издательского бизнеса?

 

- Да, так и есть. Первые четыре года развития компании были очень бурными, все шло по нарастающей. К примеру, мы совершенно спокойно пережили 1998 год, когда все закрывались, мы, наоборот, расширились, и набирали персонал. К 2000 году по издательскому проекту вышли на уровень 24 новых книг в год. Параллельно занимались рекламой, тем же размещением, дизайном. Но никогда о себе широко не заявляли - корпоративные клиенты появлялись благодаря слухам, знакомствам, личным связям. Первый серьезный заказчик - страховая компания, входящая в структуру «Госинкора». Но в целом, чем меньше говоришь о клиентах, тем спокойнее живешь.

 

- Из чего на данный момент состоит ваш холдинг?

 

- Издательский бизнес со своей типографией. Рекламное агентство и дизайн-бюро. Учебный центр и специализированное кадровое агентство.

 

- Сколько человек в вашей компании?

 

- Всего - 54 человека.

 

- Вы хотите сказать, что все направления вашего бизнеса равно успешны?

 

- Вы знаете, несмотря на свою жадность, я могу себе позволить делать вещи, не приносящие дохода. Так, когда появились свободные средства, мы стали выпускать журнал «Лаборатория рекламы». Сначала на него подписались 30 человек, теперь тираж - 3000 экземпляров. Это сугубо профессиональный инструмент, в этом журнале о рекламе нет рекламы, мы его издаем за свой счет. Вторая аналогичная история - наш сайт. Это моя визитная карточка, статусная вещь с одной стороны, а с другой - реальный массив полезной информации, которая может понадобиться маркетологу или журналисту в течение рабочего дня.

 

- А почему после ставки на российских авторов вы занялись лицензионными изданиями?

 

- Лицензионные издания у нас только по графическому дизайну, и в этом вопросе мы занимаем второе место в восточной Европе по объему.

 

- Так как вы к этому пришли?

 

- Честно? Мне очень надоело давать своим дизайнерам деньги на книги. В начале 2000 года, когда мы этим занялись, бизнес для России был уже не нов. Я посмотрел, что делают мои конкуренты, а их всего было два. И один из них - «Китеж», разваливающаяся компания, из которой я забрал наиболее ценных сотрудников и посадил их на аналогичный проект. В начале мы завозили книги из Европы, открыв магазин при офисе и сформировав одновременно внутреннюю библиотеку. Потом, уже выйдя на очень большие объемы поставок, стали приобретать авторские права у американских и английских издательств.

 

- Неужели не было никаких проблем?

 

- Конечно, были. У нас в стране совершенно искренне считают, что авторское право не для них писано. Как раз сейчас мы готовим пакет документов для арбитража по лицензионным книгам, и осенью намерены устроить образцово-показательный процесс над одной из конкурирующих структур, нарушившей наши права на территории России. Мы покупаем книги на условиях эксклюзива  и намерены отстаивать свои права.

 

«Ноу-хау не бывает»

 

- Вы могли бы похвастаться и рассказать, что такого вы делаете как рекламное агентство, чего не делают остальные?

 

- Не дождетесь. Ноу-хау – очень редкая вещь в нашем бизнесе. Но самое смешное, что этим словом реально ничего нельзя назвать: все когда-то придумано и уже кем-то давно сделано. Главное - применить в нужном месте и в нужное время.

 

- Какие проблемы испытывает ваше рекламное агентство в настоящее время?

 

- Основных две, впрочем, как и у всех. За 15 лет развития российского бизнеса до конца не сложилась культура рекламодателя, который был бы готов к западному стилю работы, понимал зачем нужно рекламное агентство или для чего, например, нужны маркетинговые исследования. До сих пор есть заказчики, которые приходят и говорят: «Моя жена окончила художественные курсы, поэтому вы должны, следуя ее желанию, сделать дизайн так». А вторая проблема - это то, что работать в рекламу идут все кому не лень. В России очень низкий уровень базового рекламного образования. Потому что те люди, которые серьезно и успешно работают, не имеют времени преподавать. А те кто учит мало что понимают в практике. И качественного образования в России не будет, пока преподавательская деятельность не сравнится по доходам с практикой.

 

- Что же тогда происходит в вашем учебном центре?

 

- Центр действует по системе семинаров и мастер-классов, примерно от 10 до 15 в месяц, через них проходит от 80 до 150 человек. Преподаватели - исключительно российские практики, западных звезд мы не приглашаем, потому что я уверен, что наших специалистов должны учить люди, имеющие опыт работы именно в специфических условиях. Наш учебный центр - нормальное коммерческое предприятие.

 

- Какие сферы российского бизнеса в плане рекламы развиваются лучше всего?

 

- О чем вы говорите? В России практически нет серьезного бизнеса. У нас есть две вещи: продукты и нефть, металлы, то есть ресурсы. Никакой серьезной переработки товара, промежуточного звена, у нас нет. Именно поэтому на всех фестивалях и выставках присутствуют банки, различные финансовые группы и продукты питания. И более того: в нынешней экономико-политической ситуации других клиентов нет, не было и не будет.

 

- Вы сказали, что у вас собственное специализированное кадровое агентство. Часто вы прибегаете к его услугам?

 

- Я хочу видеть среди своих сотрудников людей, умеющих мыслить самостоятельно. Если я вынужден думать за своего подчиненного - это кандидат на увольнение. В процессе становления текучка кадров была высокой, сейчас, если говорить об управленческом звене,- один-два человека в год. Это притом, что уровень зарплат у нас - до пяти тысяч долларов, и люди, чем я откровенно горжусь, всегда уходят на более высокооплачиваемые статусные позиции. А кадровое агентство открылось шесть лет назад, в месяц через него проходит до 50 специалистов, оно на полной самоокупаемости.

 

- Некоторые ниши в бизнесе вы заняли, бесспорно, раньше остальных. Если же говорить о вашей совокупной деятельности, кого вы считаете своими основными соперниками?

 

- Да всех! У того же учебного центра конкурентов - море. Тех, кого можно оценивать серьезно - около восьми. Мы отслеживаем их учебные планы, они наши, это нормальный процесс конкуренции, от него никуда не деться. Или типография: их в Москве сейчас на порядок больше, чем реального спроса. Конкуренция очень высокая, и если бы у нас не было замкнутого цикла - реклама своя, книги свои,- мы бы чувствовали себя гораздо хуже.

 

Бизнес, который легко свернуть

 

«Если честно, мы всем довольны. У меня никогда не было серьезных проблем благодаря привычке всегда очень тщательно обдумывать свои шаги»,- говорит Вадим.

 

- Вы уверяете, что все направления вашего бизнеса на самоокупаемости. Какова его рентабельность в целом?

 

- Примерно 50%. Мы пользуемся исключительно собственными средствами для развития. Никогда не прибегали к банковским кредитам. Хотя бы только потому, что процесс крайне сложный, и не хочется лишний раз доказывать, что ты не верблюд. Поэтому в общем у нас проблемы как и у всех, а если в частности - то никаких,- смеется Вадим.

 

Немного пофантазировав, Иванов соглашается, что общие проблемы - это нехватка собственных средств, нехватка клиентов, высокая арендная ставка, низкий уровень подготовки специалистов и необходимость дополнительных вложений для их образования.

 

- Сколько стоят услуги вашего рекламного агентства?

 

- У нас средние московские цены. Если задача интересная, нам понравился клиент, товар, можно поэкспериментировать и сделать что-то оригинальное, мы делаем серьезные скидки. А так - стартовать можно от тысячи долларов, дальше - бесконечность.

 

- Во что вы оцениваете свой холдинг?

 

- Довольно дорого. Предложений по вхождению в долю или покупке бизнеса у меня масса, но я всегда отказываю, мне это не интересно. А предлагают потому, что у нас стабильное развитие и стабильная прибыль уже 10 лет, и, кроме того, есть бизнесы, которые при необходимости можно очень быстро свернуть. Мой как раз такой, основа моего холдинга - интеллект.

 

- Отказываясь от предложений по инвестированию, какие направления вы хотите развивать самостоятельно?

 

- Я дал себе зарок: на ближайшие три года - ни одного нового проекта. Полтора года прошло, пока держусь. А так - это может быть все, что угодно. Вот знакомые предлагают заняться выпуском спортивной молодежной одежды. Почему нет? По большому счету мне все равно, что продавать и где. Мне интересен сам процесс получения прибавочной стоимости, а логика бизнеса везде примерно одинакова. Но любые планы очень сильно зависят от политико-экономической ситуации в нашей стране. Видите ли, я очень люблю нашу страну, но государство - ненавижу.

 

- Вы сами сказали, что ваш бизнес легко свернуть. Об отъезде не думали?

 

- Я буду максимально стараться жить и работать здесь, не прогибаясь. Но если вы анализируете, что сейчас востребовано на рынке, то невозможно не заметить, что даже по сравнению с 1990-ми годами резко возрос спрос на беспринципность. У меня серьезная ностальгия по человеческим взаимоотношениям середины 1980-х годов, по дружбе, по искренности, по доверию. Я никогда не работаю с друзьями. У меня их мало, и очень не хотелось бы их потерять из-за финансовых споров. Те, кто выжил в 1990-е, как правило, хорошо понимают, что делают, и не путают причинно-следственных связей. Но все равно, предательства - цена приобретенного житейского опыта, с этим ничего нельзя поделать. Главные принципы, которые я для себя выработал,- никому не завидовать и довольствоваться тем, что есть.


ДОБАВИТЬ комментарий
Вы не авторизованы. При отправке сообщения, в качестве автора будет указан "Гость". Вход | Регистрация
Защита от спама * :

Введите символы на картинке